Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

тролфейс

По итогам стрима

1. С временем выхода в прямой эфир нам повезло как утопленникам. Или как висельникам. Судите сами: всю прошлую неделю в "левом ютубе" шло неистовое бурление: сначала дебаты Попова с Юлиным и Кожневым, затем Рудой версус Просвирнин, плюс ко всему Семина выкинули с официального телебаченья - и всему этому топовые каналы решили подвести итог воскресным вечером, одновременно с нами. Неделей раньше мы могли бы собрать аудиторию несравнимо большую уже непосредственно в прямом эфире. А так - в чатике стрима было больше поклонников ББ, чем аудитории стейшонов (по признанию самого Штази, да и по моим впечатлениям).

2. Технические проблемы. С одной стороны - звук (зрители жаловались, что не могли расслышать названий рекомендуемых нами авторов и книг) в сочетании с моей дикцией смазывал впечатление. Видимо, надо озаботиться покупкой внешнего микрофона. С другой - лаги стрима (очень может быть, что это проблема присутствия сразу двух гостей) били меня поддых очень жестоко. То есть начинаешь развивать какую-то длинную мыслю, увлекаешься, вроде все идет сравнительно гладко, и тут ведущие говорят - ты у нас вылетел, повтори еще раз вот с этого момента. Грустно.

3. По содержанию - нам опять не удалась непосредственно самопрезентация (даже про Еврокон не успели похвастаться), ну и с рекламой рекомендованных книг вышло не особо. Еще один момент - мне оказалось мало двух часов, ибо только к исходу второго часа я, наконец, разговорился и увлекся, но тут мне как раз подрезали крылья - эфир все. Но вообще, судя по личному разговору с ведущими, им все очень понравилось, они не прочь повторить, то есть чего-то наша болтовня да и стоит.

4. Отдельное произведение искусства - это чатик.Collapse )

В целом же, как "экспириенс" - вышло очень даже ничего. Тема свежа, тема интересна, соответственно, люди готовы простить определенный сумбур в изложении - ну, до некоторого предела. Значит, надо делать выводы и лучше готовиться к следующему разу, который обязательно будет.
марьяшка

Кое-что о позднесоветской культуре

Всем, наверное, знаком фильм Эльдара Рязанова "О бедном гусаре замолвите слово" - одна из картин в длинном ряду псевдоисторических полотен позднесоветской эпохи, имеющих своей целью эстетизацию царской России (применительно к эпохе Гражданской - белого движения) при некоем формально "прогрессивном" сюжетном и идейном посыле. В данном случае у нас на экране - "усачи-трубачи" из гусарского полка эпохи где-то 1840-х годов - все такие из себя благородные и красивые. И все особенности их гусарства, или, по-новому, токсичной маскулинности (пьяное буйство, походы по борделям и тому подобное) вроде бы формально представлены в кадре - но все это, разумеется, эстетизировано и приукрашено юмором, так, чтобы симпатии позднесоветского зрителя оставались на стороне блаародных господ. Эстетика важнее этики, эстетика важнее идеологии (и при этом эстетика может быть абсолютно противоположной провозглашаемым идеям) - это вообще ключевой принцип позднесоветского искусства. Но об этом я уже писал неоднократно, тех, кого еще в этом не убедил, убеждать и дальше бесполезно. Я лишь хотел поведать об одной фальсификации, присутствующей в данном фильме, и связанной с песней на слова великого революционного поэта Михаила Светлова. Вот эта песня в исполнении Андрея Миронова:



Тут еще презабавные детали из быта гусарского полка, из которых пусть неявно, но следует вывод, что господа офицеры занимались бытовым самообслуживанием на уровне почистить сапоги. Угу, это в эпоху, когда дворянин, самостоятельно натягивающий обувь на ноги, считался большим оригиналом, а то и тайным карбонарием. Но суть в не этом. Песня, романтизирующая амурные приключения усачей-кавалеристов, как я уже писал выше, написана на слова большевика Михаила Светлова, и, если кто не в курсе, имеет абсолютно противоположный идейный посыл:
Collapse )
тролфейс

"Попы и проститутки", episode ∞


Вопросы за папиросы: какой товар производит батюшка в ходе проходящего в публичном доме мероприятия?
Какой товар производят женщины рядом с ним? За что они все имеют свой кусок хлеба?



Очередной раунд дискуссии по поводу услуг и товаров, при всем моем уважении к тов. Кондакову и при всем горячем одобрении его позиции и доводов, кажется мне бесплодным занятием. Простите мне мой субъективизм и волюнтаризм, но неприятие политэкономических аргументов здесь несет психосоциальный характер. Человек, который занимается при капитализме непроизводительным, но при этом "общественно полезным" трудом (лечит ухо, горло или нос, учит детей, убирает помещения etc.) элементарно оскорблен неправильно понятыми терминами: когда ему говорят, что он не производит стоимости, он воспринимает это как обвинение в социальном паразитизме. Ну, вот пример характерной эмоциональной реакции от работницы социальной сферы из Германии. Обратное, возможно, тоже верно: мне легко воспринимать аргументы "услугонетоварников" именно в силу моего социального положения и рода занятий в материальном производстве. Вещественность и зримость моего продукта труда дает тут дополнительный аргумент: вот однажды я уронил на ногу фланец диаметром 160 мм - так от осознания его, этого фланца, товарной природы, а также от боли, я чуть было не обмочился (хорошо хоть нога цела осталась).

В комментариях к дискуссии "ятожекоммунист" выдвинул как аксиому: Любой общественно-полезный труд производит стоимость. И такого рода мышления тоже имеет свои социальные основы, хотя капиталистическая реальность опровергает этот тезис с двух сторон. С одной стороны - несомненно уважаемые и полезные для человечества люди, такие как врачи, парикмахеры и учителя иностранных языков, стоимости, разумеется, не производят. Но при этом существуют люди, чей род занятий не просто не уважаем, но и крайне опасен для общества: это работники наркоплантаций и подпольных заводов/лабораторий по производству героина, которые как раз таки эту самую стоимость производят. Наркота, которая выходит из их рук - это несомненный товар, единый в двух лицах (как потребительная и меновая стоимость), и с точки зрения голой политэкономии граждане, которые работают на наркобарона и производят эту наркоту своими руками и прочими орудиями труда, эквивалентны мне, кондовому пролетарию с проклятым фланцем, который все время норовит выскочить из рук.

Так вот, разделение в капиталистической реальности работников на производительных и непроизводительных - это ни разу не аргумент против учителя или врача. Это аргумент против капитализма - причем аргумент особенно острый в нынешний момент, когда генеральное наступление неолиберальной реакции уничтожает крупные завоевания рабочего класса в социальной сфере. Объяснять тем же работникам бюджетной сферы, что для хозяев страны, для буржуев они - хуже чем никто, вредное излишество, сплошной убыток и издержки, которые надо "оптимизировать" до минимума - все это невозможно без объяснения правил игры в капиталистическом мире. Без этого невозможно избавление от характерных (увы!) для современного общества патерналистских иллюзий, уверенности в том, что там, Наверху, сидит Хозяин Земли Русской, у которого есть ум, честь, совесть и понимание необходимости фельдшерско-акушерских пунктов на селе.

А мериться революционным потенциалом и в самом деле неуместно. Кассирша в "Пятерочке" токарю с завода - подруга, сестра и товарищка, глобальный интерес у них общий, и гнут их в дугу господа примерно одинаково. 
тролфейс

По двадцатому съезду и теме репрессий


Я уже неоднократно задавал вопрос, на который не может дать внятного ответа ни один сталинист. Когда Хрущев зачитывал знаменитый доклад "О культе личности и его последствиях", там были, разумеется, всякие неточности и передергивания, которые легко было зафиксировать любому делегату съезда, который при этом самом культе личности жил и занимался партийной, хозяйственной и организационной работой. Так вот, почему-то в самых спорных местах ни один партиец, ни один военный не встал с места и не сказал в полный голос: "Неправда! Брешешь, бесстыжая ты жопа с ушами! А у самого, чай, руки не в крови разве?!"

Это серьезный вопрос - почему так. Просто если вы поглядите на стенограммы партсъездов двадцатых годов - там тема недавнего прошлого партии и поведения конкретных товарищей в семнадцатом году и в годы Гражданской войны была излюбленной дисциплиной в противостоянии разных течений в РКП(б). И всякий раз, когда кто-то эту тему затрагивал - начинался драматичный срач с обильными выкриками с мест, с обзыванием друг дружки фашистами и канальями и так далее. Исторические вопросы были тем оружием во внутрипартийной борьбе, которым с готовностью пользовались все, и даже слова Ленина, тщетно пытавшегося предупредить в своем письме к съезду такое развитие событий, были истокованы и использованы совершенно противоположным образом. Так вот, вопрос о том, почему целый зал с лучшими людьми партии молча слушал, как поносится память "отца народов", и никто не возвысил своего голоса в его защиту, имеет два варианта ответов:

1. Выращенные и воспитанные Сталиным партийцы представляли собой настолько сервильную и рептильную массу, были настолько выдрессированы безоговорочно слушать Начальство, что по отмашке того самого Начальства были готовы тянуть руки вверх за что угодно - хоть за немедленное восстановление монархии, хоть за присоединение к блоку НАТО. На слова начальства они умели реагировать тремя способами: "аплодименты", "продолжительные аплодисменты", "продолжительные бурные аплодисменты, переходящие в овацию". И доклад Хрущева стал нагляднейшим подведением итогов сталинской кадровой политики и системы идейного воспитания.

2. Каждый партиец, работавший в эпоху Большого Террора, бывший очевидцем происходящих процессов, видел, как вокруг него десятками исчезают старые товарищи, которые оказываются потом агентами пяти разведок с 1918 года, матерыми террористами, вредителями и отравителями. У каждого были расстреляны знакомые, у большинства - друзья, у многих - близкие. Простые цифры, озвученные тем же Хрущевым: из 1966 делегатов "съезда победителей" расстреляно 848 человек - почти половина! То есть старые партийцы сами очень хорошо видели масштабы репрессий, ощущали их на примере собственного непосредственного окружения, и все они, даже самые лояльные, задавались где-то глубоко внутри себя неприятными вопросами. Червячок сомнения в справедливости и правильности происходящего подтачивал лояльность, попытка найти хоть какое-то разумное объяснение происходящему вела к неутешительным выводам - одним словом, свой доклад Хрущев читал перед аудиторией, чья потребность в озвучивании "Правды" уже много лет как назрела и перезрела.

Истина находится где-то между двумя этими вариантами (между, не посередине). Но важно помнить один момент, про которые сталинисты обычно "забывают" (по простоте и безграмотности чаще всего). Первый этап "десталинизации" не вызвал каких-то радикальных возражений ни у кого в соцлагере - ни у будущих участников "антипартийной группы", ни у "китайских товарищей". Одиночные сигналы с мест и имеющий отчетливо националистический характер мятеж в Тбилиси не в счет: потребность общества в осуждении практики массовых репрессий была настолько большой, вопрос был настолько наболевшим, что это совершенно не бьется с тезисами сталинистов, которые с цифрами в руках доказывают, что репрессии затронули мизерную часть населения СССР. Разногласия, как следует из предварительного обсуждения доклада в Президиуме ЦК, носили большей частью интонационный характер - о том, что "мерзости было много", что творились "ужасные вещи", никто не спорил. Именно поэтому нынешними ревностными сталинистами типа Балаева обширный корпус документов и стенограмм объявляется подделанным - просто потому что в противном случае в изменниках делу Сталина оказывается вся партия без исключения.

Потом, разумеется, десталинизацию стали использовать как дубинку в номенклатурной борьбе, потом возникла и консервативная партийная фронда, потом появился на волне социальных проблем и провалов в хозяйственной политике Хрущева "народный сталинизм" - но на первом этапе десталинизация с частичным ослаблением гаек была жизненной необходимостью для всего населения страны - от столичной бюрократии до колхозников из самых медвежьих углов Советского Союза. И тот колоссальный социальный оптимизм и научно-технический энтузиазм, которым запомнился период конца пятидесятых - начала шестидесятых, был бы без десталинизации принципиально невозможен. И золотой век советской фантастики без десталинизации не состоялся бы - так и господствовал бы в фантастической литературе подход Немцова.

А это очень важный момент для оценки социальной атмосферы в стране - смена Немцова и Шпанова на Ефремова и Стругацких. В 1952 году, в условиях "борьбы с космополитами", раздельного обучения в школах и запрета на аборты и браки с иностранцами, было легче поверить в то, что товарищ Сталин проживет 500 лет в должности Предсовмина СССР, чем в близкую перспективу бесклассового и безгосударственного общества. В 1961 слова о построении коммунизма в течение ближайших десятилетий вовсе не воспринимались как какой-то прикол или издевка.

Такой вот социальный контекст был у этой истории с ворошеньем недавнего прошлого.
тролфейс

Эпоха финского стыда


Дружное гыгыканье руссо-патриото по поводу фильма о чернокожем пианисте и его приключениях в "старой Америке" носит совершенно ритуальный характер. Даже мосье Сервелат почел необходимым выдать что-то подходящее по теме: гы-гы - негры, гы-гы - гомосеки, гы-гы - политкорректность, и вообще,  фильм дерьмо, получившее статуэтку по конъюнктурным соображениям. При этом из записи в фейсбуке либерала и новогазетчика Мартынова я узнал, что этот самый главный герой - Дон Ширли - в детстве обучался в Ленинградской консерватории, которая и открыла ему дорогу в мир большой музыки. И об этом ни один "советский" патриот, обиженный за порушенные афробандеровцами памятники генералу Ли, разумеется, не напишет - это для них не может быть поводом для национальной гордости.

И это хороший ответ на то, почему необходимо ненавидеть не только современную буржуазную РФ с ее традиционными ценностями, но и говноедов из числа "советских патриотов", которые любят на самом деле ту самую буржуазную РФ с ее институционализированным расизмом. Их "СССР" представляет собой смесь американского Юга эпохи расцвета и "подмороженной" победоносцевской России. В моем СССР блокбастеры "с бабами и неграми" в главных ролях снимали в те времена, когда на родине Голливуда предки нынешних эс-джи-ви бегали по ночам в белых колпаках - и это не считалось особым каким-то достижением и поводом для ажиотажа:


Прости нас, Том Джексон, мы все про
тролфейс

Монополизм и фабрики грез

По соцсетям пиарят статью red_atomic_tank на тему неудержимого схлопывания и скатывания в сраное говно отечественного рынка фантастической литературы - очень хороший материал с массой "пикантного инсайда" и неплохим анализом. Читать лучше целиком, но отрывок о монополизации рынка как факторе распада и причине невозможности "перезапуска", реанимации руссфанта я приведу здесь:

Многие совершенно искренне не понимают, почему все обстоит именно так, то есть печально и грустно. Регулярно мне задают вопрос "неужели они не понимают, что можно зарабатывать денег больше и по-иному?!"
Отлично понимают. А вот широкие народные массы не понимают, что в современном издательском деле мега-монополиста осталось очень мало коммерции. Точнее вообще практически не осталось. Если подбирать наиболее близкую аналогию - это вообще не явление из мира капитала. Это скорее ведомство, профильное министерство из эпохи очень позднего СССР, которое живет по доведенным до предела "манагерско-чиновничьим" принципам. Когда вы не видите логику в действиях издательской братии - просто смените угол зрения и поймите, что это действия почти карикатурных чиновников дотационного ведомства. Для которых любое потенциально полезное действие - это риск и траты уже сейчас, а польза - в некоем будущем и "возможно".



Collapse )
тролфейс

Кризис капитализма и конец "третьемиризма"


Последние события в Венесуэле, где наследник Чавеса с каждым часом все больше становится похож на хромую утку, вместе с другими жестокими поражениями левых в широком понимании сил за последние месяцы и годы (капитуляция ФАРК в Колумбии, оккупация Африна Турцией, приход к власти нацистского людоеда в Бразилии etc.) дают повод поговорить о причинах такого прискорбного положения. Я здесь не собираюсь повторять тривиальности об отказе глупых оппортунистов от идеи диктатуры пролетариата и вообще заводить шарманку Майсуряна - причины происходящего находятся гораздо глубже. Если брать в общем, предпосылки сегодняшних поражений скрываются в том комплексе подходов к рассмотрению социальной действительности и в том наборе политических стратегий, что носят общее название "тьермондизма" (или "третьемиризма").
Само по себе название "третьемиризм" является большим обманом. Во-первых, оно отсылает нас как к исходному пункту к идеям Мао Цзе Дуна, тогда как основные предпосылки этого подхода сформировались, по сути, в ходе сталинского термидора (заклейменный еще Троцким "национал-коммунизм"). Во-вторых, само по себе положение о "трех мирах", о том, как империалисты "первого мира", закабалившие развивающиеся страны, делятся с рабочими метрополии доходами от колониального и неоколониального грабежа, подкупая и развращая их (здесь обычно приводятся классические цитаты Энгельса и Ленина), вовсе не является в третьемиристских теориях самым важным. Реально важными для понимания "третьемиризма" являются два положения, которые явно или скрыто разделяют все носители подобных идей - от отважных и непримиримых индийских партизан до респектабельных латиноамериканских профессоров, от карикатурных маоистских секточек где-нибудь в США до депутатов Государственной думы от КПРФ. Положения эти в общем можно сформулировать так:

1. В угнетенных странах "третьего мира" существует "национальная буржуазия", столь же жестоко страдающая от империалистической кабалы, как и наемные рабочие, как и мелкобуржуазные массы - и долгом каждого революционера в "третьем мире" является сотрудничество с этой "национальной буржуазией", единый фронт с ней - ну, по крайней мере, до полного торжества мировой революции.

2. Мировой капитализм, глобальная империалистическая система, не может рухнуть вследствие собственных внутренних противоречий, вследствие антагонизма между наемным трудом и капиталом - разрушить его способны лишь докапиталистические, либо внекапиталистические элементы, революционный субъект всегда находится в стороне от магистральной линии капиталистического развития. Этим революционным субъектом может быть, у разных теоретиков, крестьянство слаборазвитых стран, деклассированные маргинальные элементы, или, как у Тарасова, интеллигенция.


Collapse )
тролфейс

Вопросы к рыночникам (ч. 1)

Мне не особо нравится на самом деле, что в наши внутрилевые разборки лезет со своим мнением всякая правая сволочь: либералы, либертарианцы, национал-демократы и прочие паскудники. Но, раз уж жестко огораживаться левому блогеру не полагается (это только в блогах светочей либеральной и консервативной мысли вы зарабатываете бан с полкамента за малейшее возражение этим самым светочам), то стоит использовать интеллектуальные силы наших малоуважаемых рыночников на благо революции. Просто некоторые вещи я, даже усердно читая правые паблики по экономическому вопросу, так и не догнал, так что хотелось бы получить объяснения. freedom_of_sea, i_ddragon, кто тут еще в каментах пасется? Выручайте.

Первый вопрос, который хотелось бы прояснить - как вы понимаете расхожий тезис "рынок гибче плана"? То есть именно как "рыночек порешает". Адекватность и оптимальность рыночной стихии обосновывается тем, что человеческие потребности принципиально непредсказуемы и не отвечают никакому заданному наперед плану, сегодня человеки хотят кушать баклажанную икру, а завтра грызть тыквенные семечки, соответственно, всякий Госплан обречен на то, чтобы этих самых человеков утеснять, директивно навязывая им блага устаревшие или ненужные. Иными словами, произволу человеческих потребностей во всем их разнообразии соответствует анархия капиталистического производства. Так вот, все аргументы, на которых базируются эти соображения, были выдвинуты и разрабатывались идеологами неолиберализма как минимум полвека назад. И обычно под "Госпланом" господа рыночники понимают многоэтажное учреждение, где тети и дяди в нарукавниках на арифмометрах отсчитывают цифры, сводят их в столбцы, а затем несут наверх большому начальнику, чтобы он распределил соответствующие ресурсы в ту или иную отрасль экономики. При этом, по закону Мура, за последние полвека вычислительные мощности человечества возросли в... десять в какой степени? Иными словами, оперативные возможности этого самого Госплана, который уже не будет щелкать арифмометром и умножать цифры выплавки стали на цифры надоев в столбик, возросли просто колоссально. То есть недалеко то время, когда движение каждого товара, от открывашки до консервной банки, можно будет отслеживать в реальном времени, и в реальном же времени составлять полноценную математическую модель человеческих потребностей, корректируя производство соответствующим образом. А что касается "непредсказуемости" человеческих потребностей - мы видим, как современные капиталистические компании на практике опровергают соображения рыночных идеологов, и готовы эти самые потребности предсказывать: волшебные слова Big Data стали уже и фетишем, и кошмаром для параноиков. Наконец, нет никакого секрета в том, что капиталисты способны не только предсказывать, но и создавать эти самые потребности - подобным образом обстояло дело с такими выдающимися произведениями капитализма, как хула-хуп и спиннер.

Однако сами по себе элементы предсказания и создания потребностей в человеческом обществе вовсе не устраняют такие фундаментальные проблемы, как конкуренция и противоречия между экономическими агентами. То есть имманентно присущее капиталистам стремление навариться по максимуму будет приводить, невзирая ни на какие самые совершенные системы предсказания, к перепроизводству ненужных благ, и неэффективному расходованию ресурсов на их утилизацию - проблема, которой Госплан, вооруженный новейшими достижениями этой вашей Биг-Дата, будет попросту лишен. Иными словами, научно-технический прогресс толкает нас прочь от "свободного рынка", который уже давно превратился в диктатуру монополий. Но о монополиях мы поговорим в следующей серии, а пока повторю исходный вопрос: как вы понимаете тезис "рынок гибче плана"?
марьяшка

30

Основное настроение текущего момента, собственно - пугающее ощущение усталости и острой нехватки времени. Усталости, причем, чисто физической - никакого морального "выгорания", я полон творческих прожектов, познакомился за этот год с огромной массой интересных людей, заимел огромную кучу маниловских планов и вполне обоснованных надежд. Ну и самое радостное - я таки начал писать продолжение главного литературного произведения своей жизни. Таки да - женщина с юзерпика возвращается, так что оставайтесь с нами:

Меня зовут Марьям Гериева, и мне пятьдесят один год. С похожей фразы начинается одна старая и ныне мало кому знакомая книга, я же повторяю ее каждое утро после пробуждения, словно пробуя на вкус и не слишком веря этому совершенно объективному историческому и медицинскому факту. Два года назад я в очередной раз радикально изменила свою жизнь после визита старого друга, и к настоящему моменту она оказалась наполненной необычайными приключениями и невероятными открытиями. Мои лучшие подруги сегодня — девушки моложе меня минимум на четверть века, что само по себе задает соответствующий темп существования. В довершение ко всему — три месяца назад я сочеталась законным браком со своей любимой, и, сложно поверить, но это мои первые «настоящие», «серьезные» отношения в довольно долгой и непростой жизни. Излишне объяснять, что в такое интересное время самое последнее дело — стареть, однако с медленно ветшающим организмом ничего не поделаешь: Знакомые часто говорили мне, что со спины я похожа на девочку-подростка — не только по комплекции, но и по пластике движений, однако внутри я себя девочкой уже не ощущаю: завод механизма потихоньку расходуется, и шестеренки уже не так бодро цепляются друг за друга. Это, разумеется, порядком злит. Пожалуй, исключительно за счет голой злобы я одолела последний километр сегодняшней дистанции.
тролфейс

Сталинизм и исторический агностицизм


Обширная дискуссия о расколах в коммунистическом движении, начатая Синей Вороной, показала в очередной раз поразительное невежество наших левых в области истории компартий, их расколов и внутренних дискуссий (в частности, конечно же, самой мифологизированной эпохи двадцатых-начала тридцатых годов). Судите сами:

Собственно говоря, это главная причина разногласий между сталинцами -и различными оппозициями внутри партии а также за рубежом. Социализм можно построить в одной стране, но нельзя добиться окончательной победы коммунизма – гласила версия ВКПб (и Сталина), окончательная победа наступит лишь после революции в большинстве развитых стран; Энгельс был прав для своего времени, но он не мог знать о наступлении эпохи империализма, описанного Лениным, в наше время конкретно это его утверждение уже не работает, он сам бы это признал, если бы дожил.
Оппозиционеры и различные скептики подвергали эту идею сомнениям. Троцкий был далеко не единственным – но самым ярким представителем подобного скептицизма, по традиции до сих пор все, кто в принципе отвергают опыт СССР как социалистического государства после смерти Ленина, называют себя троцкистами. Хотя их мировоззрение может быть крайне далеко от идей самого Троцкого. Мир троцкизма чрезвычайно пестр и многообразен. Честно говоря, он гораздо более многообразен, чем оставшийся так сказать «мейнстримный коммунизм», где именно теоретические разногласия далеко не так глубоки и безнадежны.
Но говорить о нем мы здесь не будем, здесь наша цель – лишь указание на то, что первый крупный раскол в коммунистической среде случился в связи с отношением к сталинскому СССР, при этом одни (мейнстримные коммунисты, «сталинисты») считают, что это была социалистическая страна, успешный, пусть с ошибками и неудачами, опыт построения социализма в отдельно взятой стране, а другие (троцкисты самых разнообразных течений) определяют уже сталинский СССР как «госкапиталистический», видят «вырождение», «перерождение партии», «термидор». Сам Троцкий был, кстати, довольно умеренным «троцкистом» и считал СССР все еще социалистическим государством, предсказывая на основании марксистской теории его скорый крах. Его ученики, как, например, известный британский троцкист Тони Клифф, заявляли, что в СССР уже появился новый правящий буржуазный класс – партийная бюрократия, и таким образом, СССР стал «государственно-капиталистической» страной.


Задачка для студента-первокурсника будущего Коммунистического Университета: найти пять ошибок и десять передергиваний на три абзаца текста. Ну хорошо, что о "троцкизме" авторка не имеет вообще ни малейшего понятия и умудряется вписать за одни скобки с троцкистами всех антисталинских оппозиционеров вплоть до крайних левкомов - это ладно, их так учили и учат до сих пор. Но вот отчетный доклад Сталина на XVIII съезде, в котором тот открыто признал возможность победы коммунизма в одной стране во враждебном капиталистическом окружении(!) - это вроде бы в той среде отнюдь не запрещенный документ. Что же мешает внимательно изучать произведения собственных "теоретиков"? Не стоит удивляться, что и прокатившееся по левой блогосфере обсуждение постов Завацкой вылилось в чудовищную путаницу: оппоненты ее доказывали, что споры между "троцкистами" и сталинистами уже давно потеряли реальную актуальность, являются формой ролевой игры, например, а объединяться/размежевываться надо на совершенно других принципах. Сама же Завацкая твердо стоит и продолжает стоять на своей платформе: Сталин был гений и великий вождь, а "троцкисты", соответственно, предатели.  ОК, это действительно позиция, с ней можно дискутировать, а можно соглашаться. Но мы сейчас возьмем и отмотаем блог Синей Вороны на несколько месяцев назад, и прочитаем следующее:

В отношении истории, в особенности истории коммунистического движения и СССР я агностик. И вот почему.

И дальше идет обоснование этой самой принципиальной непознаваемости истории СССР в настоящее время в текущих условиях - потому что дурят рабочего человека все эти профессоришки по приказу буржуазии. Одни пишут так, а другие - этак, а ты поди разберись, как оно там на самом деле было. То есть, смотрите, с одной стороны, декларируется позиция "ничто не истина, все дозволено" (то есть отсутствие какой-либо внятной позиции). С другой - "вот моя правда, вот моя вера, вот мое кредо, на том стою и не могу иначе". И это все в отношении одного и того же вопроса - вопроса истории СССР и коммунистического движения. А потом снова возвращаемся к недавним постам, и видим, что, по мнению Завацкой, Октябрь и создание СССР стали самым важным событием в истории XX века (сложно, кстати, не согласиться). Но события эти, как мы помним, принципиально непознаваемы, и рассматривать их можно только субъективистски, исходя из личного семейного или социального опыта, вкусовых и эстетических предпочтений, и так далее. Взаимоисключающие параграфы в отдельно взятой голове? Не думаю. То есть противоречия, бесспорно, имеются, однако источник такого метода мышления (с которым я уже сталкивался не раз у своих оппонентов-сталинистов, к слову) находится в самом дискурсе и истории развития сталинизма как политического течения.

Дальше мы будем рассматривать примеры из одной темы, вокруг которой бушуют самые горячие споры - из вопроса о сталинских репрессиях. Не потому что в истории СССР нет других тем, но потому что пример крайне наглядный как раз плане размежевания по отношению к нему и выявления всех противоречий в среде левых.

Вопрос о сталинских репрессиях, о том, как к ним относиться (и как объяснять их в пропаганде, адресованной простому рабочему человеку) делит людей, называющих себя сталинистами, на три условных лагеря. Первый - это люди из разряда: "плохо, что мало расстреляли". Это они истерически ненавидят "троцкистов", и готовы буквально разорвать на части и сдать в цугундер парня, вышедшего на митинг 7 ноября с портретом ЛД. Это они грозятся нам расстрелами и глумливо отмечают каждый год "день ледоруба". Объективно для них "троцкисты" ("леваки-наркоманы", "элгэбэтэшники" туда же) являются врагом более страшным, чем вся отечественная и мировая буржуазия вместе взятая. В определенные исторические моменты вопль "готовьте списки!", разговоры о "черных воронках", едущих за казнокрадами и плутократами - все это способно привлечь небольшую часть трудящихся, деморализованных ухудшающейся социально-экономической ситуацией, но это будет такая часть трудящихся, которая скорее пойдет в "нормальные" фашистские организации, потому как в этих организациях с культом насилия и его практическим применением все куда лучше, чем у беззубых и беспомощных пенсионеров из традиционных сталинистских партий. Собственно, часть правых типа Старикова в значительной степени перехватила культ усатого вождя и сам сталинистский дискурс у тех организаций, что называют себя "коммунистическими" - сталинизм (очищенный, разумеется, от остатков марксистской фразеологии) сегодня оказывается удобнейшей идеологической платформой для самой реакционной части российской империалистической буржуазии и ее самых бешеных и бесстыдных защитников - но об этом в другой раз.

При втором подходе провозглашается, что массовые репрессии тридцатых - это не очень хорошая история, что действительно пострадала масса невинных людей, что террор явился порождением той атмосферы осажденной крепости, в которой СССР оказался по объективным причинам. "Но было и хорошее", "достижения", "в войне победили" - набор аргументов на тему "с другой стороны" достаточно стандартен. С подобной публикой, по крайней мере, можно спорить - они уже не грозят тебе устроить "новый тридцать седьмой". Кто-то идет дальше, признавая, что Троцкий был в своей критике в чем-то прав. Известная в узких кругах организация Lenin Crew, бывшая долгое время союзником самой омерзительной сталинистской секты - "Прорыва" - нагляднейший пример такого рода. Их фундаментальная работа, в которой они попытались обобщить разногласия Троцкого и Сталин (1, 2), является, бесспорно, выходом за рамки сталинизма... но, с другой стороны, за бортом классического, аутентичного сталинизма находится любой теоретик и активист, хоть в какой-то мере подвергающий сомнению гениальность и непогрешимость усатого вождя. Как, кстати, и любой, кто вступает в споры с проклятыми "троцкистами" - членам западных компартий и комсомолов на протяжении многих лет было запрещено контактировать с активистами троцкистских организаций, а дискуссии о троцкизме были попросту немыслимы. Под запретом оказывались даже книги с критикой "троцкизма", с характерными заглавиями типа "Троцкисты - враги народа" и "Троцкистско-бухаринские бандиты". Таким образом, с точки зрения аутентичного сталинизма само вступление в дискуссию есть непростительный ревизионизм. И это делает позицию "умеренных" крайне уязвимо для критики со всех сторон, не давая при этом никаких преимуществ - ибо вопрос о персональной ответственности высшего политического руководства СССР в лице Сталина за казнь 680 тысяч человек в 1937-1938 годах, за истребление тысяч партийных и военных деятелей, за уполовинивание компартии оказывается открытым невзирая ни на какие ссылки на объективные обстоятельства.

Наконец, существует и набирает в настоящее время силу третий подход - отрицающий как факт массовые репрессии тридцатых годов в духе западных ревизионистов Холокоста - с совершенно симметричными аргументами, кстати. Самые известные (большей частью скандально) представители этого течения - упоминавшийся выше "Прорыв" и "Движение имени антипартийной группы". Не так давно лидер последней организации даже озвучил реальные цифры расстрелянных 1937-1938 годах - "Порядка полутора тысяч. Эти сведения есть - приговоры судов и военных трибуналов." И даже анонсировал свою новую книжку, в которой он будет это положение доказывать. Что тут скажешь? Полторы тысячи человек - это такое количество жертве ежовщины (известных партийцев, старых большевиков, героев Гражданской, деятелей искусства, один словом, исторических персонажей, то есть "селебрити"), чья судьба не вызывает каких-то сомнений, и чьи имена любой профессиональный историк периода может выписать в столбик на нескольких листах. Мой прадед-колхозник, расстрелянный в феврале 1938, разумеется, в это число не влезет - и сотни тысяч людей, не являющихся историческими персонажами, но оставшихся в памяти потомков, тоже окажутся среди нерасстрелянных. Идиотская концепция, которую наверняка будут отстаивать аргументами в стиле Дэвида Ирвинга и Фоменко-Носовского, тем не менее, привлекла, тем не менее, к себе внимание той же Синей Вороны "...в конце концов, еще не опубликованная теория Балаева о репрессиях вызывает у меня самое горячее одобрение. Как мне может не нравиться подобная теория? Конечно, она мне нравится и последнее, что я буду делать - с ней спорить.". Однако, как ни крути, но подобная концепция обречена на маргинальность среди сколько-нибудь мыслящей прогрессивной публики просто в силу того, что сумасшедшими и фриками от истории со времен Перестройки все наелись по самое не могу, и теперь от такого персонажей откровенно шарахаются. Легендарная борьба "Прорыва" с теорией относительности тоже не имела большого успеха, лишь создав подгузовцам соответствующую репутацию.

Так что, как ни крути, но самой удобной, и наименее энергозатратной позицией в отношении репрессий для сталинистам оказывается именно агностицизм - "хрен знает, что это там было, верить никому нельзя, документы и подделать можно, война все списала, и вообще - какая разница?". Это и есть наиглавнейший итог развития сталинистской исторической науки в условиях буржуазной демократии с ее свободой задавать противникам капитализма неудобные вопросы и использовать для очернения их идей любые скелеты из большого советского шкафа. Поставить в центр своего дискурса историю СССР и провозгласить ее принципиальную непознаваемость - значит проповедовать людям то, чего сам не понимаешь.

Наверное, идти в бой за то, чего не понимаешь сам, и даже вести за собой людей, в принципе возможно. Но только уйдете вы очень недалеко и закончите весьма печально.